Караваджо: молодые годы

Жизнь каждый день, нос к носу, сталкивала его с грубыми и чудовищными фактами действительности. Он видел, как люди вокруг него страдают и мучаются.

И это грубое, грязное, не всегда пристойное, но сильное копошение жизни вызывало в нем ответное желание — изобразить все как есть, ничего не утаивая и не приукрашивая, выплеснуть на холсты обжигающий, нервный поток, заставив людей содрогнуться.

От этого времени сохранилось несколько картин Караваджо и среди них одна, поражающая совсем не свойственным Караваджо лиризмом. На ней изображен молодой Вакх, по-видимому, сам Караваджо, с больным и серым лицом и с гроздьями винограда в руках и на столе.

Что-то бесконечно трогательное и незащищенное есть и в его словно извиняющейся улыбке, в робких глазах и в самом полуобнаженном мальчишеском теле, едва прикрытом белой простыней. Словно нам приоткрылась какая-то очень интимная и тайная сторона его жизни.

Эта картина может рассказать о Караваджо больше, чем любые путаные свидетельства, переданные к тому же с чужих слов. Вот он, настоящий: больной, несчастный мальчишка с серым, застывшим лицом, старательно изображающий перед зеркалом веселого Вакха, бога виноделия и плодородия.