Художник Клод Моне

Впервые в истории человечеству в лице парижан показали картины, не имеющие на первый взгляд ничего общего с так называемой объективной действительностью, по крайней мере, с той, какую привыкли видеть на картинах старых художников.

Вместо четкого, правильного и красивого рисунка, строгой формы и сбитой пластики, пораженные зрители увидели расползающиеся пятна, хаос и отсутствие всякой формы. Особенно возмутил "Закат солнца" Моне, предлагавший в туманной и бесформенной массе угадать закат солнца в порту.

Разумеется, никому не могло прийти в голову, что это делается профессионалами специально и что таким образом вырабатывается и ищется новый и более общий язык. Все сочли, что это наглая акция хулиганов и шарлатанов.

Самые глупые и бессмысленные ругательства посыпались на головы бедных художников. "Господа Моне и Писсарро, — писала одна газета, — кажется, объявили войну прекрасному. Впечатление от этих пейзажистов осталось одно: туман и копоть".

Другая, вслед за ней, повторяла: "Мосье Сезанн, несомненно, сумасшедший; у него начинается приступ белой горячки, когда он рисует".

Один из остроумных критиков зацепился за название картины Моне "Впечатление" ("импрессион") и окрестил всю группу художников "импрессионистами". Но ни один из худ¬жественных критиков не разглядел в этой "грязной мазне" ни смысла, ни поисков новой красоты.

Прошли долгие годы и даже десятилетия, прежде чем зритель научился видеть мир — цветы и деревья, закат и морскую гладь — глазами когда-то поруганных художников. Увы, оплатить эту трудную науку художникам пришлось ценой собственной нищеты, страданий и изнурительной борь¬бы с непонимающим зрителем. Письма и кратенькие записоч¬ки Моне пестрят бесконечными жалобами на нужду и дают представление о его действительно отчаянном положении.