Голландский художник Франс Халс

Этот другой мир он мог найти на улицах Харлема в ежедневном городском быте, где у каждого трактира был свой кружок завсегдатаев с флейтами и мандолинами. По праздникам, а они, как сказано, бывали в Харлеме чаще, чем где-либо еще, веселые студенты напропалую кутили с ядреными городскими девахами, с цыганками, отбившимися от табора.

«Цыганка», украшающая сегодня Лувр, написана с простой торговки, хорошо известной на рыбном рынке в Харлеме. Говорят, большая охотница гульнуть со студентами, девушка эта была любимой моделью харлемских живописцев.

Ну что же, видя в портрете Халса эти плутоватые глаза, живую, теплую и трепещущую плоть, не стесненную небрежными складками вольной одежды, в это охотно веришь; веришь и тому, что работалось Халсу над этим портретом куда интереснее, чем над «Стрелками».

Но все же нельзя отделаться от мысли, что над двумя картинами, написанными в один год с георгиевскими гильдейцами — «Продавец сельдей» и «Веселое трио»,— работать Халсу было куда приятнее и веселее. Кажется, поэтому его мастерство здесь отдает даже каким-то озорством. Вполне возможно, это и спровоцировало впоследствии какого-то озорника на изображении человека, держащего в руке селедку, нацарапать прямо на холсте надпись: «Кто купит?»

Озорством, где-то даже на грани фарса, брызжет и «Веселое трио». Взглянув на выряженную городскую девушку, кокетливо присевшую на колени влюбленного, при виде которого сразу приходит на память Фальстаф — невоздержан, хвастлив, но преисполнен юмора,— как сразу принимаешь и грубоватый жанр, и некую условность, предложенную художником, и естественным уже, а не театральным кажется возвышающийся над ними приказчик, вместо венца держащий над их головами связку копченых колбас.