«Мадонна да Кастельфранко» Джорджоне

Какая-то странная композиция: не то часть какого-то великолепного дворца, не то элементы неизвестного сооружения.

Во всяком случае, эта причудливая смесь из неожиданных элементов: высокого трона, на котором царственно восседает мадонна, унылого пейзажа за ее спиной и части интерьера, обращенного прямо к зрителю, рождает и странное впечатление — чего-то фантастического и не совсем реального, какого-то незримого присутствия высшей силы на этом свете.

Кажется, что вся старинная итальянская земля, ее древние руины и холмистые пейзажи навсегда проникнуты чудным воздухом святости и благоговения, и что каждый путник, который когда-либо здесь бывал, мог свободно повстречать и эту печальную мадонну в ее красивой накидке и ее верных спутников — Георгия Победоносца, облаченного в блестящие железные доспехи, и Франциска Ассизского.

Однако на этом евангельские сюжеты в живописи Джорджоне практически и заканчиваются.

Дальше начинается какое-то возрожденческое полуязычество, поклонение просто красоте без всякой примеси святости и церковности. Происходит какой-то новый поворот в его творчестве, говорящий о том, что Джорджоне становится художником зрелого Возрождения, позволяющим себе писать исключительно на светские темы.